Семен Сильченко о спасательной операции

Газета » Экспресс К»

Более сорока лет семипалатинец Семен Сильченко хранил военную тайну о своем участии в спасении экипажа той самой легендарной подводной лодки К-19, взрыв на которой мог бы привести к атомной катастрофе. Когда же все сроки секретности истекли, ему просто никто не поверил.

60842.jpg
С. Сильченко

Героя никто не получил

Итак, 3 июля 1961 года командир миноносца получил задание из штаба Северного флота — прибыть в заданный квадрат в районе острова Медвежий (в Норвежском море) для оказания помощи терпящей аварию атомной подводной лодке. Командир сразу вызвал Семена к себе и спросил, сможет ли он работать в термостойком костюме (ТСК). «Не мог же я ответить ему «нет» или «не знаю», — говорит Семен Михайлович. — Это же армия. Поэтому сказал: «Конечно, смогу». Потом на корабль пришел командующий Северным флотом адмирал Чебаненко, построил нас и сказал: «Ребята, я в данный момент не могу вам приказать выйти в море (а в тот день на море разыгрался шторм, высота волны достигала примерно метров 12, и в такую погоду без особой нужды никто в море не выходил). Но на подводной лодке гибнут люди, и нужно оказать им помощь. Я прошу вас». Так мы и пошли на помощь. Была такая же попытка и со стороны аварийно-спасательного судна. Однако из-за малых габаритов и легкости оно никак не могло пришвартоваться к подлодке. А вот наш корабль, исключительно благодаря профессионализму командира, пришвартовался. Подлодка в это время находилась в надводном положении, на верхней палубе столпились люди — члены экипажа. Кстати, в фильме «К-19» этот момент показан совсем по-другому: там, узнав про аварию в реакторном отсеке, люди мечутся внутри лодки, на самом деле, как только это случилось, они сразу же поднялись на верхнюю палубу. Там и ждали помощи больше суток, были мокрые и замерзшие.

Наши функции были расписаны заранее, я с мешком, где находились несколько ТСК, перешел на подлодку, ко мне вышли пятеро моряков — двое офицеров, двое старшин и, по моим догадкам, командир электромеханической части корабля. Я объяснил им, как работать в ТСК, мы переоделись и спустились в реакторный отсек — там лопнула труба в системе охлаждения одного из реакторов и произошла утечка радиации. Температура стояла там как в аду — 700-900 градусов жары. Поэтому работать там в гидрокостюмах, как показано в фильме, было просто невозможно — они бы просто сварились. А вот в ТСК жара не ощущалась, в них ребята-подводники могли продержаться 15-20 минут, но от радиации эти костюмы не спасали. Сначала в пекло спустилась одна пара, потом другая — так в два захода и выполнили необходимый минимум работ, чтобы предотвратить взрыв. Я в реактор не спускался, так как не являлся специалистом, а находился рядом за перегородкой.

Когда поднялись наверх, вокруг наших судов уже вовсю кипела «жизнь»: кружили иностранные суда, вертолеты, так как инцидент произошел недалеко от базы НАТО. Если бы произошел взрыв, наверняка американцы расценили бы это как провокацию со стороны СССР, и третьей мировой войны невозможно было бы избежать. Да и сам взрыв привел бы к глобальной катастрофе.
Экипаж подлодки переходил к нам на борт абсолютно голым — судовой врач приказал всю одежду, пропитанную радиацией, бросить в море. Я же вернулся в одежде, но когда ко мне поднесли дозиметр, он затрещал. Тот же доктор велел немедленно выбросить все за борт — я не успел даже вытащить свои документы. Хотя, как мы потом узнали, это от дозы облучения не спасало. Надо сказать, что тогда никто из нас и не думал о вреде радиации. И потом все свои болячки я никак с ней не связывал.
Подводников наш корабль привез в город Полярный, где их уже ждали 20-30 машин скорой помощи. Тех ребят, которые работали в реакторном отсеке, уже выносили на сушу на носилках. Вид у них был ужасный — раздутые до невероятных размеров, покрытые язвами лица, волосы, падающие прямо пучками от легкого прикосновения».

После этой спасательной операции имя Семена Абдухалыкова было включено в список на представление его к званию Героя Советского Союза — в то время это была самая высшая награда в СССР. Однако Семен попросил вычеркнуть его из списка, поскольку не считал себя достойным носить Золотую Звезду. «Я же в реакторном отсеке не работал», — объяснил он свой отказ. Впрочем, тогда никто и из представленных ребят-подводников Героя не получил. Так как глава СССР Хрущев заявил: «За аварии мы не награждаем!».
Семен Абдухалыков и его товарищи, принимавшие участие в спасательной операции атомной подводной лодки, бортовой NN 520, серии К-19, написали расписки о неразглашении военной тайны в течение 40 лет. Неизвестно, как поступили другие, а Семен Михайлович свое обещание не нарушал. После операции по спасению подлодки его войсковая часть была перекинута на Новую Землю, где моряки принимали непосредственное участие в испытаниях ядерного оружия.

Городской сумасшедший»

В первый раз Семен Михайлович решился обнародовать причастность к ликвидации аварии на атомной подводной лодке в 2003 году, когда увидел на страницах местной газеты объявление о прокате в городском кинотеатре художественного фильма «К-19». Он позвонил в редакцию и сказал: «Вот на экраны выходит фильм о подводной лодке, а я один из тех, кто спасал тогда моряков». Семен Михайлович, к тому времени перенесший четыре инсульта и два инфаркта, надеялся, что на публикацию в газете обратят внимание власти предержащие и окажут ему хоть какую-то маломальскую социальную помощь: Сильченко нуждался в серьезных дорогостоящих операциях на сердце и сосудах. Однако главный редактор, привыкший к регулярным визитам в редакцию разного рода городских сумасшедших, принял Семена Михайловича за одного из них. А Сильченко и крыть было нечем — никаких прямых доказательств у него не имелось.

«Остап Бендер»

После этого Семен Михайлович, превозмогая недуги, занялся поисками документов, которые подтвердили бы его слова. 12 раз отсылал он запросы в российские военкоматы — ни ответа ни привета. В местном военкомате его встречали вообще как душевнобольного. В 2004 году он звонит в штаб Северного флота — опять нулевой результат. Обращался Семен Сильченко и к корреспондентам газеты «Красная звезда», неоднократно писал в военно-морской архив, откуда ему однажды пришел сногсшибательный ответ, что в 1961 году никаких аварий на подводных лодках не происходило! Семен Михайлович снова пишет в архив: поднимите наконец вахтенные журналы за 1958-1961 годы, документы о награждениях моряков. Ответ последовал еще «лучше» прежнего: документы Северного флота за период с 1958 по 1962 год в архив не поступали.
— Так меня признали «Остапом Бендером», — вспоминает Семен Сильченко. — И настолько меня стала обида раздирать, что я сел и написал в этот военно-морской архив гневное письмо: как можно так поступать с человеком, ведь я же не ради забавы обращаюсь в архив. В общем, выплеснул на бумагу все свои эмоции.
Неизвестно, подействовали ли на сотрудников эти слова или что другое, но в феврале 2006(!) года пришла-таки архивная справка из военно-морского архива со скупыми канцелярскими строками, отпечатанными по старинке — на пишущей машинке о том, что Семен Абдухалыков (в те годы Семен Михайлович носил фамилию отца, после службы в армии, когда женился, взял фамилию супруги — Сильченко. — Авт.) действительно принимал участие в спасении в/ч 15030 (атомная подводная лодка), на которой 3 июля 1961года произошла утечка радиации.
Получив подтверждение, Семен Михайлович, сильный 67-летний мужчина (несмотря на перенесенную тяжелую операцию на сердце — аортокоронарное шунтирование, он следит за своей физической формой — занимается штангой и гантелями. — Авт.) заплакал. И вчера, беседуя с корреспондентом «ЭК», ветеран не смог сдержать слез…
Эта архивная справка теперь висит у него в квартире в рамке на почетном месте.

Косил поневоле

Курчумский (ВКО) мальчишка Семен Абдухалыков с детства бредил морем и кораблями. Знал наизусть все классы кораблей, их устройство, биографии знаменитых мореплавателей и адмиралов. Рано оставшись без отца (он оставил семью), без защиты, он нередко подвергался нападкам как физическим, так и моральным со стороны сверстников. Чтобы показать всем «кузькину мать», он стал заниматься силовыми видами спорта — борьбой, тяжелой атлетикой и боксом. По боксу он стал мастером спорта, а по тяжелой атлетике имел первый разряд. Неудивительно, что когда набирали на срочную службу в Военно-Морской флот (ВМФ) СССР, Семен оказался практически вне конкуренции — из 200 желающих только 15 юношей подошли для морской службы.
И каково же было его недоумение, когда спустя некоторое время из военкомата приходит бумага, в которой говорится, что Семен Абдухалыков не годится для строевой службы. Вскоре выяснилось, что это подсуетился местный райком комсомола, — комсомольские начальники решили откосить Семена от армии! Еще бы: отличный спортсмен, активист Семен тогда был комсоргом в своем СМУ (строительно-монтажное управление). Причем лучшим в районе. Не хотелось его лишаться на три года. Вот и воспользовались райкомовцы своим служебным положением и, возможно, личными связями с военкоматом, представив его глухонемым инвалидом. Не будем вдаваться в подробности, сколько Семену пришлось обивать пороги военкомата, доказывая, что он не глухой и разговаривать умеет. В конце концов он все же попал в свой обожаемый ВМФ.
После учебки Семен Абдухалыков попал на Северный флот на лучший корабль — эскадренный миноносец. Боевое крещение принял в 1960 году в Норвежском море, когда вместе с профессионалами под водой помогал высвобождать две английские мины, запутавшиеся в сетях рыболовецкого траулера. За эту операцию, после которой у него проклюнулась седина, старшего матроса Абдухалыкова наградили медалью «За боевые заслуги».
Семен Сильченко нисколько не жалеет о том, что с ним происходило в юности, что подвергался опасности. Главное, он считает — его самые смелые мечты о морской службе сбылись.

По материалам газеты «Экспресс К»

Один отзыв на статью “Семен Сильченко о спасательной операции

  1. Pingback: Подводная "Хиросима" советского флота | Новости Российской Федерации

Добавить комментарий